Искать в полном словаре

ЩУПЛЫЙ

ЩУПЛЫЙ
ТолкБТС
-ая, -ое; щупл, -пла́, -пло.см. тж. щупленький1) разг. Слабосильный, хилый, худой.Щу́плый старик.Щ-ые дети.Щ-ое тело.2) с.-х. Недостаточно полновесный, дряблый (о зерне)Щ-ое зерно.Щ-ые семена.
ЩУПЛЫЙ
ТолкЛопатин
щупл, -а и -а, -о (разг.). Хилый, худой, невзрачный. Щ. человек. Щуплое тело. || сущ. щуплость, -и, ж.
ЩУПЛЫЙ
ТолкМАС
-ая, -ое; щупл, щупла́, щу́пло. 1. разг. Слабосильный, хилый, худой. Вскоре пришел хозяиннизкорослый и щуплый мужик с пронырливыми, бегающими глазами. Шолохов, Тихий Дон. Когда его щуплое, детское тельце вынесли из огня, в кармане нашли блокнот. Павленко, Завещание. 2. с.-х. Недостаточно полновесный, дряблыйзерне). Щуплое зерно. Щуплые семена.
ЩУПЛЫЙ
ЭтимСеменов
ЩУПЛЫЙ
ЭтимШанский
Общеслав. Суф. производное (суф. -л-, ср. пухлый, дохлый и т. п.) от щупати. Буквально щуплый — "такой, что можно ощупать его кости".   См. щупать1.
ЩУПЛЫЙ
ЭтимУспенский
Вот здесь этимология лежит так близко к поверхности слова, что ее можно не сразу разглядеть. «Щуплый» буквально: «такой, у которого все кости прощупываются», до того тощий, слабого сложения… От слова «щупать». Буква «э оборотное» была специально изобретена для нерусских слов, так что за исключением двух-трех междометий, вроде «эй», «эх», «эге», которые, собственно, и словами-то в полном смысле не являются, она у нас нигде и не попадается. Зато с тем большим рвением употребляют ее обычно в своей речи всевозможные любители «показать образованность» и придать разговору этакий блестящий, вроде как иностранный, просвещенный оттенок. Был в свое время, перед самой революцией, в моде «поэт изящной жизни» Игорь Северянин. Он пересыпал свои стихи чужеземными словечками да и в обыкновенные русские слова ухищрялся внедрить какой-нибудь «по-европейски» звучащий слог. Особенно привлекали его буква «э» и тот звук «е», свободный от предшествующего «йота», который слышится у нас в правильно произносимых иностранных словах, вроде «элемент», «эпоха», «этилен» и т. п. Он старался как можно больше употреблять слов, начинающихся с этого звука: «Элегантная коляска в электрическом биенье эластично шелестела по прибрежному песку…» Он добивался, чтобы даже обычное наше «е» звучало у него почти как «э оборотное»: «поэзоконцэрт», «шапиэтка», «сюрпризэрка»… Ему хотелось, чтобы самый звук «ё», который попадается в некоторых словах, взятых с Запада, — чтобы и он был написан через «э» и произносился с особо иностранным оттенком, как французское «eu» или немецкое «ö». Он писал «шоффэр» вместо «шофёр»: «Шоффэр! На Острова!» Даже такое чисто русское, чисто, славянское слово, как «грёза» (и «грезить») он превратил в слово с «э-оборотным»: «И мечты- сюрпризэрки над качалкой Грэзэрки…» «Грэзэрка» — это, видите ли, «мечтательница», но на великосветский, изящный лад. Игорь Северянин прогремел перед Октябрем. В том мире все это, вся эта ерунда с подражанием высшему обществу, загранице, была естественна и уместна: бесчисленные «экстазы», «эксцессы», «эпинвинэтты» (барбарисы), «экспрессы» казались и читателям в высшей степени «элегантными». Но в наши-то дни этого уже нет! Вот почему позвольте мне призвать вас к борьбе против ненужной подмены «э оборотным» обычного нашего «е» там, где для этого нет никакой необходимости. Почему сейчас постоянно слышишь произношение «рэльсы», «пионэр», хотя в самих словах этих нет никакого основания для появления тут звука «э»! Ничуть не больше, чем в северянинских «грэззрках» и «шоффэрах». Это только смешно