Нет,
вероятно, в
нашем языке слова
моложе (и,
пожалуй,
горделивей!) этого, а
сложено оно совсем
недавно (в
общий язык вошло только с 1961
года, с
полета Юрия Гагарина), но из
очень древних составных частей. В самом
деле,
греческое слово «
космос»
имело несколько значений: «
украшение», «
наряд» (
отсюда наша «
косметика» — то,
что должно украшать лицо человека),
затем — «
порядок» (в
противоположность «
хаосу» — «
беспорядку») и, наконец,
Вселенная. Но
греки,
говоря «
космос»,
имели в
виду именно стройный,
упорядоченный мир,
который боги выделяли из
первозданного хаоса,
пустоты и
мрака: они ведь
считали его но таким уж
большим и
существующим только для
человека и для
правящих людьми небожителей —
богов. Мы
придали этому
слову несравненно более
широкое,
безбрежное значение,
уразумев бесконечность Вселенной. Этот
величавый «
космос» и
является первым
элементом нашего слова.
Вторую часть составляет тоже
греческое слово «наутэс» — «
моряк», «
плаватель» (но не
пассивный пассажир, а
настоящий «
корабельщик»).
Слово это связано теснейшим образом с «наус» — «
корабль». Их
слияние и
дало едва ли не самое
славное из
названий человеческих профессий.
Любопытно,
что если вы не
поленитесь заглянуть в
четырехтомный толковый словарь русского языка,
изданный Академией наук в 1958
году (т. II, стр. 145), вы
убедитесь,
что слова «космонавт» там еще
вовсе нет, а про «
космонавтику»
сказано: «то же,
что астронавтика». Вот как
молоды эти слова!