Так вот, вы
сможете многое понять о
кейсах, вы
сможете невероятно многое понять о
кейсах, если вы
поймёте,
что механизм самообесценивания примешивается к
каждому расчёту.
Поскольку вэйланс плохой причины,
который доминирует в
кейсе,
стремится превратить индивидуума в
ничто...
тэтана,
понимаете? Но
тэтан борется за то, чтобы как-то
детерминировать или
контролировать этот
фактор плохой причины. И тут
идёт борьба как
минимум между двумя
терминалами, один из
которых искусственный, а другой
живой...
тэтан живой, а другой
терминал -
искусственный. Другой
терминал создаёт сам
тэтан, тем не
менее он не знает, зачем
он это делает.
Причина, по
которой он усердно создаёт этот
терминал,
очень проста:
он просто не знает,
что он создаёт его. Потому
что...
почему? Да потому
что он не
берёт никакой ответственности за то,
что он с ним
делает.
Поэтому он, конечно,
начал создавать, и теперь
он не
берёт никакой ответственности за
это создание,
значит,
он по-
прежнему создаёт его.
С какого бы конца вы ни
взялись за
изучение этого
сумасшедшего порочного крута:
почему тэтан делает себя
жертвой, -
это будет одним из
самых удручающих,
забавных,
трагических,
печальных предметов,
которые вы только
изучали. Когда вы
начинаете смотреть на этот
механизм и
осознаёте,
насколько он идиотский,
насколько трудно удерживать на
месте тот
терминал,
который просто оторвёт тэтану голову, вы
говорите: «
Боже мой, для этого в самом
деле приходится поработать!»
Но здесь
идёт война, и такой
вещи, как
самообесценивание, не
существует. Мы
используем это слово, но
это небрежность с
нашей стороны.
Это обесценивание со
стороны вэйланса плохой причины,
который, как
кажется, и есть «Я»
человека.
Вот
преклир начинает идти на
поправку, и вдруг
влезает маленький контур и
говорит: «Ты
мерзавец, и ты
серьёзно болен».
И
преклир говорит: «
Точно. Я
мерзавец. Я
серьёзно болен».
Понимаете?
Иначе говоря,
он начинает идти на
поправку, и
что-то заставляет его
снова почувствовать себя
хуже.
Что ж, вы
помните,
что-то заставляет его
чувствовать себя
хуже, но
что же
могло начать идти на
поправку?
Вэйланс плохой причины мог начать идти на
поправку. Вы когда-нибудь
задумывались над этим? Вы когда-нибудь
думали,
что вы
можете привести в
самый что ни на есть
полный порядок вэйланс плохой причины?
Что ж, вы
действительно сможете сделать это в одном-
единственном случае: если вы сами,
сидя в
одиторском кресле, будете ''
очень плохой причиной'', то вы
увеличите силу этого
вэйланса.
Все эти нарушения...
каждое нарушение Кодекса одитора просто-напросто
увеличивает силу плохого вэйланса. Вы
понимаете?
Поскольку из-за таких
нарушений преклир начинает думать,
что его
раздавили в
лепёшку.
Что такое, по
сути,
реактивный банк? ''
Реактивный банк'' -
это ино-
детерминизм,
который раздавил преклира.
Это и всё,
что представляет собой реактивный банк.
Это очень краткое утверждение, но при этом
очень точное.
Так вот, вам
нужно добиться, чтобы
преклир снова стал причиной над этим
вэйлансом. И чтобы
сделать это, вам
нужно найти этот
вэйланс, а
затем самому
взять достаточно ответственности за то, чтобы
упорно продолжать и
продолжать работу,
пока вы
это не
исправите.
Отсюда и
проистекают трудности при
ассесменте.
Вы
пытаетесь выяснить, на
что нужно смотреть, чтобы
узнать,
что реально для
преклира.
Он не знает,
что для него
реально.
Он как бы
потерялся в
тумане.
Поэтому у него есть
какое-то
туманное представление о чём-то
нереальном, и
он говорит,
что это для него
реальность. И всё
это представляется ему
ужасно запутанным.
Но давайте
снова на
это посмотрим.
Нам нужны ''
изменения показаний Е-
метра'', или ''
изменения в
поведении или в
общении преклиpa'', или и то и другое,
что поможет нам найти тот
самый вэйланс, с
которым нам необходимо разобраться в
кейсе.
Так вот, если
помните,
способствующие выживанию вэйлансы редко раздавливают преклира -
скорее,
он, как
одержимый, с
жадностью принимает их, чтобы
раздавить контрвыживательный вэйланс, в
котором он застрял.
Поэтому вы
обнаруживаете,
что преклир был
солдатом... в
бою он был из рук
вон плохим воякой. И
обычно после
сражения он обходил поле брани и
тщательно потрошил всех
раненых или
что-то в этом
роде,
понимаете?
Почему он это делал?
Что ж, его самого
настолько часто раздавливал подобный вэйланс,
что теперь
он драматизирует его.
Он не может
поговорить с
женщиной, ему
нужно её
убить.
Понимаете?
Он просто вор и
убийца.
Понимаете?
Это тот
самый вэйланс. Этот
парень таскает это с
собой и не
вполне понимает,
что делает, и
он всё... ему становится
плохо. Нет
никакой причины жалеть его, но,
несомненно,
таково его
состояние.
Он раздавлен плохим вэйлансом, и
он так
сильно его
драматизирует,
что не может
делать ничего
иного,
поскольку на всё
это накладывается чужой детерминизм.
Понимаете?
Детерминизм этой
плохой причины просто накладывается на
любое добропорядочное действие,
которое он может
совершить.
Человек просто тут же
приходит в
состояние раздавленности и
добивает раненых, стреляет в
женщин и
убивает их, и,
понимаете, такого
рода вещи происходят постоянно.
Ладно. Этот
индивидуум ковыляет по жизни с этим
смокапленным вэйлансом,
который детерминирует все его
поступки и
действия. И наконец
он натыкается на
святого человека.
И
святой человек говорит ему: «
Что ж,
тебе нужно сесть на
диету, ты
должен жить в
пещере и так
далее.»
Понимаете?
И
парень отвечает: «
Боже мой, я
настолько сбился с пути
истинного,
что мне,
пожалуй,
стоит не
артачиться и
просветиться». И вдруг
он становится святым
человеком.
Вы
неизменно обнаружите какой-то
подобный цикл. Если вы будете
просматривать лишь одну
жизнь человека за один раз, вы не
найдёте там
весь этот
цикл полностью, за
исключением редких случаев.
Давайте
посмотрим на
великого писателя Достоевского.
Он проклинал христианство,
проклинал христианство,
проклинал церковь, и,
понимаете, в
молодости он веселился на
славу.
Он рвал всё на
кусочки и
разносил в
пух и
прах. И в
итоге мы
обнаруживаем,
что он умирает посреди недавно написанных им
романов, в
которых христианство прославляется. И мы
обнаруживаем,
что он хочет
получить своего рода благословение от
церкви и
подобного рода вещи.
Понимаете, у него всё
перепуталось.
Он боролся с
церковью и так
далее, и в
итоге взял себе
вэйланс,
победивший какой-то другой
вэйланс.
Так вот,
он уже
находился под
действием ино-
детерминизма,
понимаете?
Такое может
произойти лишь в одном
случае:
человек уже
находился под
действием ино-
детерминизма, а потом
взял себе другой ино-
детерминизм,
получше, почти
что по
собственной воле, чтобы
раздавить тот
детерминизм,
который его
мучает.
И вот
приходите вы и
берёте для работы
способствующий выживанию детерминизм.
Кстати говоря,
он не
очень-то хорошо будет
давать показания на Е-
метре.
Он не будет
давать показания на Е-
метре так же хорошо, как
плохая причина, но вы
берёте его для работы,
оставляете в
кейсе преклира плохую причину, и
преклир начинает болеть.
Понимаете? А вам
нужно взять плохую причину и
убрать её из
кейса, и тогда все другие
способствующие выживанию вэйлансы просто исчезнут и в них
отпадёт всякая
необходимость.
Понимаете?
Это позволит разделаться со всеми
остальными.
Вы
можете проверить это множеством способов, если
пожелаете, и вы
придете к
тому же
выводу: если
пройти в
одитинге способствующий выживанию вэйланс, какой-то
вэйланс,
который индивидуум принял, чтобы
помочь себе
выживать, то
состояние кейса ухудшится либо человек почувствует себя
несчастным.
Но если
пройти в
одитинге контрвыживательный вэйланс, тот,
который препятствует выживанию человека, то
состояние преклира улучшится настолько,
что ему больше не
нужны будут способствующие выживанию костыли. Вы
понимаете?
Иначе говоря,тут вам
нужно использовать способность к
суждению. Вы
обнаружите,
что ничто не
заменит способности к
суждению при
проведении любого из этих
действий. ...
Кстати говоря,
идеи Фрейда о
бессознательном, о
цензоре, о такого
рода вещах на самом
деле представляли собой нечто иное, как
учение о
вэйлансах...
приемлемых репрессивных вэйлансах,
которые были
приняты человеком, чтобы
лишить силы вэйлансы плохих причин,
принятые им
раньше. И этот
сэндвич из
хорошего вэйланса,
плохого вэйланса,
хорошего вэйланса,
плохого вэйланса и
подобного рода вещей,
положенных одна на другую,
дал Фрейду возможность увидеть,
что, по-
видимому, у
человека прямо под
тонкой оболочкой скрывается бешеный зверь. По
крайней мере он приблизился к
разгадке вот
настолько близко. Но
он сказал,
что это сам
человек и
что он и
является этим
существом, тут-то
он и
ошибся,
именно поэтому он и не
разрешил эту
проблему.
Он сказал: «
Это и есть сам
человек». Нет,
это не сам
человек,
это вэйланс,
который человек мокапит и
надевает на себя.
(Лекция "Асессмент", 22 апр. 59)2. Так вот,
что ещё хуже, его
трак времени может
полностью скомкаться и
перейти в другой
вэйланс на каком-то
другом траке времени,
который этот
парень никогда не
проживал.
Он просто вообще никогда не
проживал этот
трак времени.
Это трак времени,
который видит кто-то другой, с кем этот
парень в то или иное
время боролся или
что-то
вроде того.
Он просто перескочил в другой
вэйланс, и
он в
другом вэйлансе.
Это прекрасный способ воспринять «как-есть»
любые опыт и
время,
которые у него были, не так ли?
Он просто не этот
человек.
Понимаете,
он делает на
траке то,
что он делает в каждой жизни.
Он берёт другое
тело и становится кем-то другим.
Что ж, теперь
он просто развивает этот
механизм дальше:
он оказывается в
чьём-то
другом вэйлансе,
он никогда не был
собой,
поэтому Q, Е. D.,
эврика, у него больше нет своего
собственного трака времени,
поэтому, конечно же,
ничто не
причиняет боли.
Он просто остановился где-то во
времени, не так ли?
Иначе говоря,
он сходит со своего
собственного трака времени,
покидая свой вэйланс.
Он начинает смотреть на всё
отстранённо. Вы
просите его
получить картинку самого себя, и
он всегда
вон там.
Он всегда видит себя из какой-то другой точки
видения.
Это первый механизм, имеющий к этому
отношение, с
которым вы
столкнётесь.
Хотя,
это не
означает,
что в этот
момент он находится не в
своём вэйлансе.
Это просто означает,
что он создаёт даб-
ин трака из точки
видения какого-то другого
вэйланса где-то в
другом месте трака. Вы
понимаете?
(Лекция "Настоящее время", 23 апр. 59)